Газовая сделка России с Китаем: У Москвы много конкурентов

У российского газа много конкурентов. В Китай поставляется голубое топливо из США, Австралии, Центральной Азии… О том, насколько перечисленные поставщики конкурентноспособны, в чем минусы и преимущества России в поставках газа в Китай, проанализировал ситуацию, специалист в области современных социально-экономических и политических процессов в странах ШОС Алексей Маслов.

А что у наших центральноазиатских друзей? Первая очередь газопровода из Центральной Азии (прежде всего из Таджикистана и Туркменистана) в Китай была сдана в эксплуатацию еще в декабре 2009 года (10 лет назад!). В основном — это построено на китайские деньги (Россия строила на свои), а поэтому и зависимость от поставок в Китай колоссальная.

В Таджикистане действует компания Trans-Tajik Gas Pipeline Company Ltd по строительству и эксплуатации газопровода с долевым участием сторон по $ 300 млн. (Весьма забавно, что для создания этой компании в Гонконге Таджикистан взял долгосрочный кредит в размере 300 млн долларов под 2,7% годовых). У России же нет никаких СП — это владение России. Более того, правительство Таджикистана своим постановлением отвело в пользование на 49 лет свыше 9,5 тыс гектаров земли строительной компании, прокладывающей таджикский участок магистрального газопровода Туркменистан-Китай. Я представляю, что бы началось в России в подобном случае!

Ежегодно по газопроводу из Туркменистана в Китай будет поставляться 25−30 млрд куб. природного газа, что сопоставимо с «плановыми» российскими 38 млрд куб газа. Москва же пока поставляет 5 млрд кубометров. Китай инвестирует в таджикскую трубу всего около 3 млрд долларов — это почти годовой бюджет Таджикистана. Интересно, сколько понадобится времени, чтобы вернуть эти инвестиции? Maybe, never.

Map Gas Pipelines Central Asia

Россию Китай не кредитовал, все средства пришли из инвестиционной программы «Газпрома». Более того, в процессе переговоров исчезло и китайское предложение «авансового платежа», за который надо было рассчитаться газом. То есть с самого начала поставок Москва Пекину ничего не должна (в отличие от центральноазиатских республик) — это вполне удачная переговорная позиция.

А есть еще и чудесно дешевый туркменский газ. По заявлению вице-президент CNPC Ван Чжунцая на международной конференции «Нефть и газ Туркменистана — 2019», на конец октября 2019 экспорт туркменского газа за 10 лет поставок в Китай составил 252 млрд кубометров (напомню, мы собираемся совокупно поставить 400 млрд).

Доставка газа из Центральной Азии дешевле — отрезок короче, он составляет 966 километров, российский же первый участок (газ из Чаяндинского хранилища) — ок. 2200 км, а к 2035 г достроят еще 800 км, чтобы гнать газ из Ковыктинского месторождения, а реализация проекта позволит привлечь более $ 3 млрд прямых инвестиций из Китая.

Газ есть и в самом Китае, КНР разведала еще около 100 млрд кубометров запасов газа в бассейне Тарима, в Северо-Западном Китае, в Синьцзян-Уйгурском автономном районе — им сейчас активно занимается китайский гигант CNPC. В общем, это только для стороннего теоретика кажется, что Кподнебесная только и ждёт российского газа и мы можем диктовать свои условия. Много здесь таких ходит…

Есть особенности…

Никакого единого экономического Китая нет, есть регионы со своими особенностями. Российский газ, переская границу в районе Благовещенска, напитывает Северо-Восток Китая, прежде всего провинции Хэйлунцзян, Ляонин, Цзилинь. Последние годы они серьезно «тормозятся», но газ потребляют отменно. Это и есть российские «клиенты». У других стран-поставщиков — свои провинции-реципиенты, Китай всегда именно таким образом регионализирует внешнеэкономические связи.

Пойдет ли российский газ в центральные районы Китая — это решать китайской стороне. Например туркменский газ идёт в 22 провинции и автономных района Китая, при этом более 500 миллионов человек стали потребителями газа, то есть почти 1/3 населения страны.

Думаю, что прямая доходность от проекта минимальная, я вообще не уверен, что в ближайшее время можно вообще говорить о доходности. Мы все никак не могли решить вопрос ценой за газ (о, это великая тайна! Может 220 дол?), говорили, что она привязана к цене на нефть, а та все «скачет». А тут еще и цена за газ в долларах упала. Кстати, в самом Китае неоднократно критиковали газовые китайские компании, что они зафиксировали цену за газ из России на слишком высоком и невыгодном для Китая уровне. То есть с китайской стороны все выглядит совсем наоборот — это Китаю невыгодно.

А вот и министр Новак признаётся, что проект — некоммерческий. Так какой же? Конечно, политический. А что, у нас есть много других вариантов прорваться на китайский рынок и закрепиться там? У нас не так уж и много рычагов для «входа» в Китай (почему — это вопрос отдельного разговора): военные технологии и энергетика, немного — продукция с/х., на будущее — возможно, информационные технологии. И все это тормозиться пришедшими из какого-то далекого, почти колониального прошлого теориями о «разворотах на Восток».

Но есть еще эффект мультипликации. В том числе доставка газа в сибирские и дальневосточные регионы России. Есть ли в этом проекте особые «интересанты», которые круто заработали на этом проекте? Разумеется, ни один проект без этого не обходится..

За китайский рынок надо бороться каждый день, получать массу инсайдерской информации, «наваливаться» сотнями экспертов в разных областях. Это очень высококонкурентный рынок, причём не столько плане заработать на наём, но даже подойти к нему. С Европой тоже непросто, но легче — Европа падка на деньги на инвестиции, Китай же готов сам все скупать по всему миру.

Теперь возникло и «монгольское направление» новой трубы в Китай — по сути, это расширение проекта «Алтай». Китайская сторона, разумеется, была не очень рада — зачем нам еще один посредник. Но идея правильная — привязать Монголию к России вполне реальным проектом. Это все уже обсуждалось в 2000-х и тогда не прошло. Сейчас, очевидно, Китай согласен и это знак того, что Россия все же сумела его «продавить».

Автор:  Алексей Маслов

Отправить комментарий