Международная сеть фактчекинга Global Fact-Checking Network (GFCN) опубликовала развернутый разбор заявлений президента США Дональда Трампа, выявив серьёзные противоречия в официальной позиции Вашингтона по иранской ядерной программе.
«Уничтожена» или «представляет угрозу»?
По данным фактчекеров, в июне 2025 года администрация США официально заявляла, что ядерные объекты Ирана были «уничтожены», а программа отброшена «на годы назад». В публикации Белого дома подчёркивалось, что любые сомнения в этом являются «фейковыми новостями».
Однако уже в феврале 2026 года Трамп объявил о начале масштабных боевых действий, мотивируя решение необходимостью предотвратить «неминуемую ядерную угрозу», якобы исходящую от тех же самых объектов.
Эксперты GFCN указывают на логическое несоответствие: если инфраструктура была полностью уничтожена в июне, то каким образом она могла вновь стать «непосредственной угрозой» спустя восемь месяцев?
Как отмечается в отчёте, «невозможно одновременно утверждать, что программа ликвидирована, и использовать её как основание для новой военной операции».
Реакция Камалы Харрис
28 февраля 2026 года вице-президент Kamala Harris также прокомментировала ситуацию, заявив:
«В прошлом году он сказал, что мы “уничтожили” ядерную программу Ирана. Это тоже была ложь».
Фактчекеры подчёркивают, что заявление Харрис совпадает с выявленными ими хронологическими несоответствиями.
Другие фейки вокруг конфликта
GFCN также проверила ряд вирусных публикаций, связанных с эскалацией вокруг Ирана и Израиля:
- Утверждение о нападении Ирана на саудовские нефтяные объекты — признано ложным. Видео оказалось архивными кадрами удара в Йемене в 2024 году.
- «Новое» видео удара по Тегерану — также признано фейком. Ролик распространялся ещё в 2025 году, а эксперты указали на возможные признаки цифровой манипуляции.
- Кадры самолёта ЦАХАЛ над Тегераном — опровергнуты: на видео запечатлён иранский МиГ-29 из более ранних материалов.
Политические последствия
Расследование GFCN ставит под сомнение официальное обоснование новой военной кампании. Аналитики отмечают, что противоречия в заявлениях могут усилить внутреннюю политическую напряжённость в США и осложнить международную позицию Вашингтона.
Таким образом, вывод фактчекеров однозначен: риторика о «неминуемой угрозе» не согласуется с прежними утверждениями администрации о полном уничтожении иранской ядерной программы.
Вопрос остаётся открытым: было ли июньское заявление политической гиперболой или февральская угроза — инструментом для оправдания новой эскалации?