Центральный штаб «Хатам аль-Анбия» выступил с жестким предупреждением в адрес США, заявив, что любое вмешательство Вашингтона в ситуацию вокруг Ормузского пролива будет рассматриваться как угроза национальному суверенитету Ирана и встретит быстрый ответ вооруженных сил.
В заявлении подчеркивается, что Тегеран считает безопасность этого водного пути своей «красной линией», а сам пролив — не зоной внешнего давления, а пространством, имеющим ключевое значение для иранской безопасности.
Иранское военное командование также предупредило нефтяные танкеры и торговые суда о необходимости следовать утвержденным Исламской Республикой маршрутам при прохождении через пролив.
Тон заявления показывает, что ИРИ пытается закрепить за собой право определять правила движения в одном из самых чувствительных морских коридоров мира. Речь идет не только о военной риторике, но и о попытке превратить контроль над навигацией в инструмент политического давления.
Тегеран добивается международного признания своего контроля над Ормузским проливом, включая право регулировать движение судов и в дальнейшем взимать сборы за проход.
США, напротив, настаивают, что Ормуз является международным водным путем, где должна сохраняться свобода судоходства.
Особое раздражение Тегерана вызывает американское военное присутствие в регионе, включая полеты пилотируемой и беспилотной авиации над районом пролива.
В иранской логике такие действия не укрепляют безопасность, а, наоборот, создают риск инцидентов и повышают вероятность прямого столкновения.
Именно поэтому в заявлении «Хатам аль-Анбия» отдельно подчеркивается: любые действия США, которые Иран сочтет вмешательством в безопасность пролива, будут трактоваться как посягательство на суверенные права страны.
Почему пролив снова стал центром мировой политики?
Ормузский пролив имеет значение, которое далеко выходит за рамки ирано-американского противостояния. Управление энергетической информации США называет его важнейшим нефтяным транспортным узлом мира, поскольку через него проходят огромные объемы нефти и нефтепродуктов.
Международное энергетическое агентство также отмечает, что в 2025 году через Ормуз проходило около четверти мировой морской торговли нефтью, а возможности обхода этого маршрута остаются ограниченными.
Поэтому любые угрозы в адрес судоходства мгновенно отражаются на нефтяных рынках, стоимости страхования, логистике и ожиданиях импортеров.
Нынешнее обострение происходит на фоне хрупких американо-иранских контактов. После переговоров в Дохе США и Иран договорились продолжить обсуждения, однако принципиальные разногласия по Ормузскому проливу сохраняются.
Нефтяные цены снижались после признаков прогресса на переговорах, но рынок по-прежнему внимательно следит за рисками вокруг пролива, поскольку любой новый инцидент может быстро изменить ситуацию.
Юридическая сторона спора остается сложной. Исламская Республика подписала, но не ратифицировал Конвенцию ООН по морскому праву, тогда как Оман, второй прибрежный участник режима Ормузского пролива, ее ратифицировал.
Эксперты по международному праву отмечают, что США и многие другие государства рассматривают право транзитного прохода через международные проливы как норму обычного международного права, тогда как Иран традиционно трактует свои полномочия шире и делает акцент на контроле прибрежного государства.
Таким образом, заявление «Хатам аль-Анбия» — это не просто очередная угроза в адрес Вашингтона. Это сигнал сразу нескольким адресатам: США — о недопустимости военного давления, судоходным компаниям — о необходимости учитывать иранские требования, странам Персидского залива — о том, что Тегеран намерен играть центральную роль в безопасности пролива.
Справка ИА «Eurasia Today»: «Хатам аль-Анбия» — это Центральный штаб Вооруженных сил Ирана, то есть один из ключевых органов оперативного военного управления страны.
Его название переводится как «Печать пророков» и является одним из исламских эпитетов пророка Мухаммеда.
Штаб отвечает за координацию действий регулярной армии Ирана, Корпуса стражей исламской революции и других компонентов вооруженных сил, а также за планирование и управление совместными военными операциями.